<< Главная страница

ГЛАВА 9




Следующие два дня я провел в одиночестве, посылая за едой в ресторан и слушая каждую передачу новостей. Телефон не давал мне покоя. Люди справлялись о моем здоровье, друзья желали навестить меня. В их голосах проскакивала обида, когда я отвечал, что самочувствие не позволяет пока никого принять. Наконец, я совсем перестал отвечать на звонки.
На третье утро доктор Саммерс снял с меня бинты. Не считая плеши на затылке, я был как новенький. Он сказал, что сейчас самое время для морского путешествия. Я ответил, что подумаю, и поскорее сплавил его. Я уже начал жалеть, что так обошелся с Дженни. В моем тогдашнем паническом состоянии мне просто необходимо было остаться одному. Но теперь, когда страх отступил, я старался уверить себя, что Рею и Фела никогда не поймают. По всей вероятности, они давно в Мексике или Южной Америке. А я могу провести остаток своих дней у радио, так ничего и не услышав о них.
Не позвонить ли Дженни? Я объясню, что в тот момент был не в себе, а теперь мне кажется, я готов выдержать морское путешествие. Не согласится ли она забыть о моем поведении и поехать со мной? И все же я колебался. Решив выждать неделю-другую, а потом, если не будет никаких сведений о Морганах, я уеду.
Я написал Дженни письмо, в котором старался объяснить свое поведение плохим самочувствием, и сообщал, что теперь мне значительно лучше и мы могли бы отплыть в самое ближайшее время. Но когда я перечитал письмо, оно показалось мне таким лживым, что я его порвал.
На четвертый день, переборов себя, я взял такси и поехал в магазин. В моем дипломате лежало колье Плессингтонов. Мисс Барлоу, Пьер Мартин и Ганс Клох встретили меня шумными приветствиями. Даже Терри, хотя и без особого энтузиазма, выразил радость по поводу моего выздоровления. Я прошел в кабинет Тома Люса и положил на стол колье.
- Том, я хочу объяснить тебе эту историю с колье, - сказал я.
Он взглянул на меня довольно холодно, кивнул и стал ждать продолжения.
Я рассказал ему всю правду. Как Сидни попросил меня сохранить продажу колье в тайне, как я предупредил его, что это неэтично, и как он настаивал на своем.
- Я все знаю, - спокойно ответил Том. - Видишь ли, Ларри, от меня мало что можно скрыть. Я ведаю акциями Сидни, и когда он сказал, что хочет продать пакет акций на сумму в семьсот пятьдесят тысяч долларов, и когда я услышал, что миссис Плессингтон по уши в долгах, об остальном было нетрудно догадаться. Меня это не волновало, и я жалею, что это так волновало бедного Сидни.
- Колье теперь мое, - сказал я, - и я передаю его в распоряжение фирмы, Том. Когда его переделают, мы продадим, и все деньги получит фирма.
- Вот так и должен поступать партнер, - довольно сказал Том, - но фирма купит его у тебя по цене, которую заплатил Сидни. Так будет по справедливости. Доход от продажи идет фирме. Согласен?
- Отлично! Купи мне акций на эту сумму, Том. Ты смотрел за делами Сидни, и я буду рад, если будешь вести и мои дела.
Ему это понравилось.
Мы заговорили о делах. Как Мартин, так и Клох полностью оправдали мои рекомендации. Даже Терри вел себя прилично.
- По-моему, тебе пока еще рано браться за работу, - сказал Том. - У тебя нездоровый вид. Почему бы тебе не совершить морской круиз.
- Я так и рассчитываю сделать, но не сейчас. А сейчас хочу посетить пентхаус Сидни. Перед поездкой мне надо отделаться от своей квартиры и мебели и обосноваться в пентхаусе. Так что я пробуду здесь еще с неделю. Если возникнут какие-нибудь затруднения, ты всегда можешь обратиться ко мне.
Попрощавшись, я поехал к дому Сидни. Гарри Грегсон, дневной привратник, приветствовал меня, едва я подошел к дежурке.
- Рад видеть вас снова, мистер Карр. До чего скверная история. Я скучаю по мистеру Сидни. Он был настоящий джентльмен.
- Да... - сказал я после паузы. - Я переселяюсь в пентхаус, Гарри. У вас есть ключи?
- Да, сэр. Я читал про это в газетах. Я сказал тогда и теперь вам скажу: всего вам наилучшего, мистер Карр. Здешний персонал очень доволен, что вы будете жить здесь.
- Спасибо, Гарри.
- Наверху никто не был с тех самых пор, как ушла полиция. Там нужно прибрать перед вашим переездом.
- У вас есть адрес Клода, Гарри? Я думаю, не согласится ли он работать у меня.
- А чего же ему не согласиться. Да, у меня есть его телефон. Одну минуточку...
Он вошел в дежурку и, поискав в ящике стола, вернулся с листком бумаги.
- Я слышал, он здорово расстроен.
- Он не заходил сюда после случившегося?
- Нет, сэр. Он уезжал к своей старушке матери на пару недель, но сейчас уже, скорее всего, вернулся.
- Я позвоню ему.
Взяв номер телефона и ключи от пентхауса, я сказал:
- Спасибо, Гарри. Я хочу только оглядеться там и долго не задержусь.
Поднимаясь на лифте, я вспомнил тот роковой вечер и содрогнулся от мысли, что войду в дом Сидни в первый раз после его смерти. Остановившись перед дверью, я заколебался. Мне стало как-то не по себе. "Но ведь это глупо, - сказал я себе. - Сидни мертв!"
Этот чудесный пентхаус теперь принадлежит мне, он станет моим домом. Нужно освободиться от этого комплекса вины. Я не виноват в его смерти. За долгие часы одиночества я вновь и вновь твердил себе это. Надо изгнать чувство вины из своего сознания.
Я вставил ключ в замок и шагнул в прихожую. Услышав слабое гудение кондиционера, я остановился. Неужели полицейские оставили включенным кондиционер? Разве никто не заходил сюда, чтобы убедиться, что электроэнергия отключена?
Озадаченный, я толкнул дверь гостиной.
Передо мной с револьвером в руке стоял Фел Морган.
С нижнего этажа послышалось собачье тявканье, невнятное бормотание голосов, затем снова собачий лай. Я стоял неподвижно, уставясь на револьвер, готовый выплюнуть смерть. Сквозь двойные рамы приглушенно доносилась сирена санитарной машины. Далеко внизу, и так далеко от меня, Парадиз-Сити жил своей обычной жизнью. Я перевел взгляд с револьвера на лицо Фела. В тот же момент он опустил оружие и сказал дрожащим голосом:
- Господи! Я думал пришли копы.
И тут я увидел, что он испуган еще сильнее, чем я, и несколько приободрился, хотя у меня бешено колотилось сердце и пересохло во рту.
Я во все глаза смотрел на него.
Что за ужасный вид? Он выглядел настоящим оборванцем. Грязный, истощенный, с лицом, заросшим рыжей щетиной. Я чувствовал исходящую от него вонь. На нем был все тот же красный пиджак с накладными карманами, но его с трудом можно было опознать под слоем грязи. Туфли были заляпаны так, словно он бродил по болоту. Глаза его ввалились и горели нездоровым блеском, губы дергались.
- Как услышал, что ключ поворачивается в замке, едва с ума не сошел от страха, - произнес он дрожащим голосом. - Я думал, что для меня здесь будет надежное место на пару дней.
Он отвернулся от меня и без сил повалился в мягкое кресло. Револьвер выпал из руки и со стуком упал на двухсотлетний персидский ковер. Фел закрыл рукой глаза и заплакал. Я закрыл дверь и на подгибающихся ногах направился к ящику с виски. Трясущейся рукой я налил чистого виски в два бокала.
- Успокойся, - сказал я, ставя бокал на маленький столик перед ним. - Возьми себя в руки. Выпей.
Он поднял на меня взгляд, вытирая лицо тыльной стороной ладони. В его глазах появилось выражение, как у загнанного зверя, сказавшее мне, что он опасен.
- Сволочь! - сказал он. - Ты втравил меня в эту историю своими сладкими речами, так теперь и вызволяй!
Я выпил половину содержимого бокала, затем подошел и сел рядом с ним.
- Где Рея?
Он сжал кулаки и ударил ими по подлокотникам кресла. Я видел, что от страха он вот-вот впадет в истерику, и это придало мне уверенности.
- Фел, возьми себя в руки. Где Рея?
- Не упоминай при мне об этой суке! - он забарабанил руками по коленям. - Ты должен мне помочь! Ты втравил меня в это дело! Меня разыскивают по обвинению в убийстве...
Видя его панику, слыша, что он говорит, я почувствовал, что сумею с ним справиться.
- Я помогу тебе, но сначала мне нужно знать, что случилось. Где Рея?
Он опять заплакал, сотрясаясь от рыданий. Я сделал глоток виски и откинулся в кресле, наблюдая за ним. Его малодушный страх и исходящая от тела вонь вызывали во мне отвращение.
Я дал ему наплакаться вволю.
Наконец у него иссякли слезы, он вытер глаза грязным запястьем и безнадежно посмотрел на меня.
- Если меня поймают, то упекут в тюрьму лет на двадцать, - сказал он, судорожно выталкивая из себя каждое слово. - Мне такого не выдержать. Я не гожусь для подобного. Двадцать лет за решеткой! Живым я не дамся!
- Перестань думать только о себе, - сказал я. - Где Рея?
- Моя проклятая сестрица? Сука!
Он вскочил, потряс в воздухе руками, затем снова сел.
- Револьверы были не заряжены! Клянусь! Не иначе она их зарядила! Ты говорил не заряжать, и я не заряжал! Это она! Она убила Сидни. Она и тебя хотела убить. Ты же знаешь. Ты должен сказать копам, что я здесь ни при чем!
- Где Рея? - повторил я вопрос.
- Не веришь, да? Думаешь, я такой же гад, как и она? Она всегда была моим проклятием. Не надо было слушать твой сладкий треп. Двадцать лет за решеткой! Мне такого не выдержать...
- Что ты здесь делаешь? - спросил я негромко.
Я надеялся, что звук моего голоса успокоит его. Он откинулся на спинку кресла, обхватив голову руками.
- Пошел ты со своими вопросами! Мне надо выбраться отсюда. Нужны деньги. И машина! Я хочу убраться из этой чертовой берлоги!
- Деньги я тебе дам, - спокойно сказал я. - Помогу достать машину и скрыться отсюда.
Он уставился на меня, дрожа всем телом. Но теперь в его глазах появился огонек надежды.
- Еще бы ты отказался! - сказал он хрипло. - Ты и твои проклятые миллионы! Ты ведь не в накладе, верно?
Это было его ошибкой. Я начинал чувствовать к нему жалость, но эти слова разом заглушили во мне все сострадание.
- Я же обещал, что помогу.
- Как она могла убить его? - он тупо уставился на свои грязные руки. - Поганая тварь! Знаешь, как она обошлась со мной, своим братом? - Он поднял на меня глаза, полные страдания. - Мы рванули из этого проклятого места. Колье было у нее. Мы сели в машину, Рея была за рулем, и погнали по шоссе, как шальные. Я честил ее последними словами за стрельбу, но она на меня даже не взглянула. Я думал, что мы направляемся в Майами, и ни во что не вмешивался. Мне только и оставалось, что ругаться. Свернув на проселок за городом в направлении мангрового леса, она вдруг нажала на тормоза. К тому времени у меня уже штаны были мокрые. Я то и дело оглядывался, не гонятся ли за нами полицейские. Я крикнул, чтобы она ехала дальше. Как сейчас вижу! - он ударил кулаком по колену. - Ее чертовы гляделки были хуже ледышек.
- Мне кажется, задняя левая камера спустила, - сказала она. - Посмотри.
- Не чувствуя подвоха, я вылез из машины и пошел к заднему колесу. Что поделаешь, если я такой доверчивый, ведь клюнул же я на твое предложение. Я и машину обойти не успел, как она нажала на акселератор и была такова, со всеми бриллиантами. Ей было наплевать, что будет со мной.
Его голос прервался, и он снова заплакал, раскачиваясь взад и вперед. Я закурил и перестал бояться его, хотя и понимал, Фел по-прежнему опасен. Если полиция схватит его, он все расскажет. Глядя на него, я принял решение. Нужно заставить его замолчать. Если я хочу жить в безопасности - иного выхода не остается. Я сидел, курил и оценивал свои шансы, в то время как он курил, скулил и плакал. Его грязь и вонь, и жалкое малодушие делали его в моих глазах подобным мухе на стекле. Часы на здании муниципалитета пробили двенадцать.
- Ты, наверное, проголодался, Фел? - спросил я. - Принести тебе что-нибудь поесть?
- Проголодался? Я подыхаю с голоду. И натерпелся же я! Питался в основном сырой рыбой и крабами на том проклятом болоте. Ты был там хоть когда-нибудь? Это вонючее болото полно змей и крокодилов.
Я позвонил в ресторан и попросил администратора доставить мне обед.
- Выйди на террасу, Фел, и не показывайся.
Он схватил бокал с виски, осушил его одним глотком и выскочил на террасу. Я отнес его бокал на кухню, занятый только одной мыслью - как заставить Фела замолчать. Я сознавал, что обдумываю убийство, но эта мысль не шокировала меня. Если я сумею избавиться от него, а потом и от Реи, я буду в безопасности. Мало того, я смогу спокойно наслаждаться всеми благами мира, которые можно купить за деньги.
Я вернулся в гостиную и сел в кресло. За пятнадцать минут, в течение которых я ждал официанта, в голове моей начал формироваться план. Я считал, что с Фелом будет нетрудно покончить, другое дело - Рея. Ладно, не все сразу.
Появился официант, кативший перед собой сервированный столик. При виде меня он расплылся в улыбке.
- Доброе утро, мистер Карр. Рад снова вас видеть. Шеф посылает вам бутылку шампанского с самыми наилучшими пожеланиями. Он сегодня постарался для вас.
Я дал ему на чай два доллара и, когда официант ушел, выглянул на террасу. Фел сидел, прислонившись спиной к барьеру, прижав колени к подбородку.
- Иди ешь, - позвал я его.
Он протиснулся мимо меня, жадно уставился на еду, потом сел и начал есть. Он ел, как изголодавшаяся свинья, набивая рот едой, проглатывая огромные куски, громко чавкая. Меня так замутило при виде этого, что я вышел на террасу и ждал, пока он закончит. Я нашел способ отделаться от него раз и навсегда, и притом без всякого риска. Услышав громкую отрыжку, я понял, что он заканчивает, и вернулся в гостиную. "Бог знает, что подумает официант, когда вернется за столиком", - подумал я, глядя на беспорядок. Фел измазал всю скатерть. От обширного набора сыров ничего не осталось. Корзинка, в которой раньше лежало шесть бутылок, опустела. Винные пятна усеивали не только скатерть, но и безукоризненную салфетку, которой был покрыт сервировочный столик. Даже в корзинке с фруктами не осталось ничего.
"Не беда, - сказал я себе. - Десятидолларовые чаевые уладят все".
Я посмотрел на Фела. Тот с довольной ухмылкой раскуривал сигарету.
- Здорово! - сказал он. - И умеете же вы жить, жлобы богатые. Лучшей жратвы я в жизни не едал!
- Ты просто проголодался.
- Да? Ты вот сидел в этой шикарной квартире, а я жил в болоте со змеями, - он с ненавистью уставился на меня. - Ладно, приятель, ты втравил меня в эту историю, ты и вытаскивай. Не то, гляди! Если копы меня заметут, я расколюсь. Оба сядем лет на двадцать.
Сам того не зная, он приговорил себя к смерти.
- Как ты сюда пробрался, Фел?
Я сел и закурил.
- Любой школьник без труда сделал бы это. Ладно, мне нужна машина. И деньги. - Он с прищуром посмотрел на меня. - Пятьсот кусков!
Я кивнул.
- Столько наберу. Какие у тебя планы, Фел?
- Поеду в Ки-Уэст. Там у меня приятель, который переправит меня на Кубу. Когда буду на месте, пришлю тебе адресок, - он с ухмылкой подмигнул мне, и я понял, что виски начало действовать. - Тогда ты вышлешь мне еще пятьсот тысяч, и это будет наш окончательный расчет. Когда я получу их, ты больше обо мне не услышишь.
- Но я могу услышать о Рее.
- Это твои трудности. Я говорю о себе. У нее колье, так что вряд ли ты ей нужен. У меня же нет ничего.
- Где она, Фел?
- Какое тебе до этого дело? Оставь ее в покое. С ней только беду наживешь. Она продаст побрякушки и сгинет. Забудь о ней.
Я подлил виски в его бокал. Он тут же охватил его и осушил до дна.
- Черт! Здорово же вы, ублюдки, живете! - Он потянулся за бутылкой и подлил себе еще.
- Моя проклятая сестрица! Ты знаешь что, приятель? Ей наплевать на всех, кроме этого своего хмыря. Хипарь какой-то. Бьюсь об заклад, она и сейчас с ним. С этим вонючкой она сразу загорается...
- Ты поедешь в моей машине, Фел, - прервал я его. - Как только стемнеет, поезжай.
Он полузакрыл глаза, и по всему было видно, как сильно он пьян.
- А как с деньгами?
- Это не проблема. Они у меня здесь.
Он с подозрением вглядывался в меня, но я заметил, что он никак не может сфокусировать на мне взгляд.
- Прямо здесь?
- Да.
- Брось! Давай-ка поглядим.
- Увидишь. А с кем это путается Рея?
- На кой черт тебе сдался этот кусок дерьма, Призрак? - он захихикал. - Друг! Ну и гнида! Сразу видать, какая она безмозглая дура! Бегать за таким вонючкой... Он на десять лет моложе ее.
- Призрак Джинкс?
- Ага. Ты знаешь его?
- Встречал в Луисвилле. Тот еще тип!
- Точно, - он развалился в кресле. - Фу, пожрал, так пожрал!
- Как это Рея связалась с Призраком?
- Спроси чего попроще. Они снюхались еще до того, как она попала в тюрьму. Как выйдет, так сразу кидается к нему. Обалдеешь! С таким-то мерзавцем! - он нахмурился, покачал головой, потом потер глаза грязными руками. - Похоже, я перебрал. Спать охота.
- Давай поспи.
Животный инстинкт, предупреждающий об опасности, заставил его выпрямиться.
- Покажи мне деньги, приятель. Говоришь, они у тебя здесь?
- Они в сейфе. - Я встал.
- В сейфе? Каком еще сейфе?
Я подошел к картине Пикассо, снял ее со стены и показал находившийся за ней сейф.
- Ничего себе! - Пошатнувшись, Фел поднялся на ноги. - Я и не догадался там посмотреть. Деньги в этой жестянке?
- Да.
- Валяй, приятель, открывай.
Я повернул диск, зная, что тем самым привожу в действие сигнал тревоги в полицейском управлении.
- Ты уж извини, я не очень знаю, как открыть эту штуку. Комбинация достаточно сложная...
- Сложная, так сложная. - Фел, дыша парами виски, всматривался в наборный диск. - Ну, давай, открывай же!
Я еще некоторое время наугад крутил диск, зная, что патрульная машина находится уже на пути сюда.
- Два, один, пять, восемь, шесть, - бормотал я, крутя диск. Это была совсем не та комбинация, которую сообщил мне Люс. Из-за некудышной памяти Сидни, сейф отпирался простым набором цифр: один, два, три. Я потянул ручку, потом покачал головой. - Наверное, ошибся где-нибудь. Попробуй сам, Фел. Я буду называть тебе цифры.
- Я? Да я пьяный в стельку, - он покачнулся и навалился на меня, едва не сбив с ног. - Сам открывай! Давай, негодяй! Открывай этот ящик к чертовой матери!
Я вновь начал поворачивать наборный диск. Сколько еще придется поворачивать его? Где же полиция, черт возьми? Мне стало жарко. Я вспотел.
- А что б тебя! - я снова безуспешно потянул ручку.
- Ты что, не можешь открыть? - Фел не говорил, а рычал. - Вздумал дурачить меня, да?
- Комбинация правильная, - сказал я. - Видимо, что-то заело.
Зазвонил телефон.
Вздрогнув, мы уставились на аппарат. Затем я, оттолкнув Фела, в два шага пересек гостиную и взял трубку.
- Алло... да.
- Мистер Карр? Это Гарри. Здесь два полицейских офицера. У вас там все в порядке?
- Нет... Вы набрали неправильный номер, - сказал я и положил трубку.
- Неправильный номер? - прищурясь, он злобно уставился на меня.
- Да.
Мы смотрели друг на друга.
- Уж не вздумал ли ты продать меня, ты, мерзавец?
С бешено бьющимся сердцем я вернулся к сейфу. В тот момент, когда я вновь начал поворачивать диск, зазвенел звонок входной двери.
Я повернулся и посмотрел на Фела, который смотрел на дверь гостиной так, словно сквозь нее хотел увидеть то, что происходит за входной дверью.
- Откройте, - рявкнул резкий голос. - Полиция!
Фел вскинул револьвер и направил его на меня.
- Ты, негодяй!..
- Быстро! Давай на террасу... Я задержу их. - Я проскользнул мимо него, внутренне ежась от страха... выстрелит или нет?
Звонок прозвенел снова.
Я был уже на террасе. Трясясь от страха, Фел следовал за мной.
- Ты можешь спуститься вниз... быстро! Бери мою машину. Я задержу их разговором.
Стуча зубами от страха, Фел перегнулся через барьер, чтобы посмотреть на балкон внизу. Я оказался за его спиной, нагнулся и, схватив за штанины, резко рванул вверх.
Фел издал вопль ужаса. Револьвер выстрелил, и Фел рухнул в бездну головой вниз в тот момент, когда послышался треск выламываемой двери.


"Как легко все получилось, - думал я, ведя машину по направлению к Луисвиллу. - До абсурдного легко. Я сделал важный шаг вперед: заставил молчать один рот. Но вот Рея...
Сержант Хесс поднялся в пентхаус и расспросил меня о происшедшем, и по тому, как он со мной обращался, я понял, что он считает меня невинной жертвой, лишь по счастливой случайности оставшейся в живых.
Я рассказал ему, что, войдя в апартаменты, сразу почувствовал чье-то присутствие, но не успел сделать и шага назад, как появился Фел с револьвером в руке. Он грозил застрелить меня, если я подниму шум. Мне ничего не оставалось, как подчиниться. Фел принялся пить и, став словоохотливым от виски, рассказал мне, что он жил в мангровом болоте и умирает от голода. Он потребовал еды, и я заказал ему обед в ресторане. Наевшись, он потребовал денег. Тогда-то мне и представился шанс. Я знал, что сейф Сидни соединен сигнализацией с полицейским управлением. Когда появилась полиция, Морган ударился в панику. Он выбежал на террасу и попытался спуститься на балкон этажом ниже. Я пытался задержать его, но он выстрелил в меня, сорвался и упал.
Все подтвердилось, когда Хесс осмотрел апартаменты. Судя по всему, Морган провел здесь несколько ночей: грязные отпечатки его рук были повсюду.
- Ну вот, теперь мы достоверно знаем, что они с сестрой и были теми грабителями, - сказал Хесс. - Остается только найти ее.
"Но я найду ее раньше", - думал я про себя.
Я рассказал Хессу, как Рея бросила брата и сбежала с колье. Здесь предоставилась возможность сбить полицию со следа, что я и сделал.
- Морган проговорился, что у них имеется знакомый в Ки-Уэст. Он обещал переправить их на Кубу. Он был уверен, что, бросив его, Рея направилась туда.
Хесс скривился.
- Куба!.. Если она там... нам до нее не добраться.
Газеты подняли большую шумиху вокруг смерти Фела. Рея, вне всякого сомнения, прочла их, но, в чем я был уверен, она не знала, что Фел рассказал мне о Призраке Джинксе. Может быть, она и не прячется в его конуре, но проверить все же стоило. Я должен был заставить ее замолчать. Пока она жива, я не мог рассчитывать на будущее.
Дождавшись конца расследования по делу Фела, я сообщил Хессу, что намереваюсь поехать во Фриско и переменить обстановку. Он спросил, как можно будет найти меня. Ведь если Рея будет задержана, я главный свидетель. Но по выражению его лица я понял, что он не очень верит в то, что полиции удастся ее задержать.
Перед отъездом из Парадиз-Сити я позвонил Клоду и спросил, не смог бы он работать у меня, поскольку я переселяюсь в пентхаус.
- Я высоко ценю ваше предложение, мистер Ларри, - сказал он. - Но я никогда не смогу работать у другого джентльмена, кроме Сидни. Но если вам угодно, я постараюсь найти для вас достойного человека.
- Не нужно, - я бросил трубку. Отказ толстого пожилого педераста вызвал у меня раздражение. Я платил бы ему не меньше, чем Сидни. Что он себе воображает, черт возьми? Но, поразмыслив немного, я понял, что Клод прав. Зачем ему работать на кого бы то ни было? Ведь Сидни щедро позаботился о нем. Но я знал, что не в этом главная причина отказа. Клод презирает меня за то, что я вселился в дом Сидни, как и я себя начал презирать.
Через три дня после смерти Фела я сел в "бьюик" и отправился в Луисвилл.
Накануне я съездил в Майами и купил наряд хиппи: пеструю рубашку, потертые джинсы и резиновые тапочки. Зайдя в одну из многочисленных портовых лавочек, я купил специальный полицейский револьвер тридцать восьмого калибра и пачку патронов к нему. Оттуда направился в магазин, где торговали всяким барахлом для маскарадов и розыгрышей. Там я приобрел черный, курчавый, напоминающий кокон парик, широкий пояс с пряжкой и пружинный нож.
Вернувшись в мои апартаменты, я взял масло, воду и, зайдя на террасу, нагреб земли из цветочных горшков. Смешав все это, я старательно перепачкал рубашку и джинсы.
Не доезжая двадцати миль до Луисвилла, я остановился в маленьком городке, поставил машину в гараж. Потом, неся чемодан с нарядом хиппи, направился к торговцу подержанными автомобилями и приобрел потрепанный "шевроле". На безлюдном пляже я переоделся в наряд хиппи и натянул парик. Я специально не брился три дня и теперь, глядя в зеркало, решил, что смогу пройти неузнанным даже мимо Дженни.
Теперь я готов был действовать.
Сидя за рулем и глядя в пыльное ветровое стекло, я занялся оценкой ситуации.
Меня не мучила совесть из-за Фела Моргана. Я был уверен, что он шантажировал бы меня до конца моих дней. То, что я собирался сделать с Реей, тоже не лежало бременем на моей совести... выбирать приходилось между ее жизнью и моей. Но я знал, что осуществить это будет нелегко. Возможно, она прячется вовсе не у Призрака. Хотя какое-то седьмое чувство подсказывало мне, что она там. Даже в этом случае предстояло вначале заманить ее в ловушку, а потом убить. Это будет столь же опасным делом, как выследить и убить дикую рысь.
Но это необходимо сделать.


далее: ГЛАВА 10 >>
назад: ГЛАВА 8 <<

Джеймс Хэдли Чейз. Поцелуй мой кулак
   ГЛАВА 1
   ГЛАВА 2
   ГЛАВА 3
   ГЛАВА 4
   ГЛАВА 5
   ГЛАВА 6
   ГЛАВА 7
   ГЛАВА 8
   ГЛАВА 9
   ГЛАВА 10


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация